Предпринимательские договоры        12 августа 2010        11         0

Исполнение предпринимательских договоров.

Исполнение предпринимательских договоров в их сравнении с бытовыми отличается рядом особенностей. Главная из них состоит в том, что стороны таких договоров связаны обязательством не только между собой, но и с государством — они обязаны поставлять товары, отвечающие требованиям технических регламентов, при определении цены договора не выходить за пределы нормативно регулируемых цен и т.п.
Следующая особенность предпринимательских договоров состоит в возможности одностороннего отказа от исполнения или одностороннего изменения условий таких договоров.
На первый взгляд, сама постановка вопроса выглядит алогично, потому что договор есть соглашение сторон, а потому все, что связано с его исполнением или изменением условий, должно решаться по согласию обоих договорных партнеров, а за его отсутствием — в судебном порядке, но не односторонними действиями. Если один из них имел бы право внести вне судебного решения в договор изменения или заявить, что не намерен его исполнять, то другой оказался бы в явно невыгодном положении. По этим соображениям в ст. 310 ГК РФ указывается на недопустимость одностороннего отказа от исполнения обязательства. Из этого общего правила, однако, существуют исключения.
Отказ от исполнения (изменение условий) предпринимательского договора, во-первых, возможен в случаях, предусмотренных законом. Так, поставка товаров ненадлежащего качества с недостатками, которые не могут быть устранены в приемлемый срок, дает право покупателю на односторонний отказ от договора (ст. 523 ГК РФ). Для этого ему нет необходимости обращаться в суд, что позволяет сэкономить время и вступить в договор с другим поставщиком.
Такой отказ, во-вторых, может иметь место, если стороны заранее, при заключении договора, предусмотрели в нем данную возможность. Иными словами, речь идет об одностороннем отказе (изменении) договора на основании его же условия. В обязательствах аренды офисных помещений, например, встречаются пункты, разрешающие арендатору отказ от договора до окончания его срока при условии компенсации арендодателю части неполученной арендной платы.
Иначе решен вопрос об одностороннем отказе в отношении договоров, не связанных с предпринимательством. Здесь он возможен лишь в случаях, предусмотренных законом, но не договором, и даже если в договор окажется включенным условие о таком отказе, его следует считать ничтожным.
Это объясняется тем, что граждане как участники бытовых договоров являются их уязвимой стороной, а потому односторонний отказ от исполнения либо одностороннее изменение условий договора с их участием допустимы лишь тогда, когда они прямо разрешены законом. Поэтому, например, банк, принявший от гражданина вклад на определенный срок, не вправе в одностороннем порядке уменьшить размер начисляемых процентов, если иное не предусмотрено законом1 (ст. 838 ГК РФ). Рассчитанные, главным образом, на граждан-потребителей нормы ГК РФ о прокате предусматривают их право на отказ от договора проката в любое время с возвратом им неиспользованной части арендной платы (ст. 628, 630 ГК РФ), но не оговаривают аналогичного права организаций, занимающихся прокатом.
Конечно, если бы банк обладал правомочием предусмотреть в договоре свое право односторонне уменьшать проценты по вкладу гражданина, а указанная выше организация — в одностороннем порядке отказаться от исполнения (на случай, например, если появится более выгодный арендатор), то они, возможно, так бы и поступили. Но ст. 310 ГК РФ не допускает включения в договоры, не связанные с предпринимательством, условий об одностороннем отказе или изменении обязательства.
В этом и состоит их отличие от предпринимательских договоров, где односторонние действия, о которых идет речь, могут быть предусмотрены самим обязательством, если иное не вытекает из законодательства или существа договора. Следовательно, пункты предпринимательского договора об отказе от исполнения, противоречащие его сущности, или не отвечающие закону, недействительны.
Например, совершенно не отвечало бы характеру складского хранения условие о праве хранителя в любое время отказаться от исполнения и потребовать от владельца товара немедленно забрать его обратно. Данное условие сделало бы этот договор крайне неудобным и противоречило бы самой его сути, предполагающей хранение без каких-либо оговорок в течение определенного срока.
Предпринимательские договоры отличаются от бытовых еще одной особенностью. Обязательство, не связанное с бизнесом, должник вправе исполнить досрочно, если иное не предусмотрено в нормативном материале, самом обязательстве или не вытекает из его существа (ст. 315 ГК РФ). Имеется в виду именно то обстоятельство, что должник может так поступить без предварительного согласования с кредитором, поставив его перед фактом исполнения, которое тот обязан принять. Действительно, когда заемщик по договору займа возвращает долг заимодавцу-гражданину раньше установленного срока, это не вызывает проблем, точно так же, как досрочное завершение ремонта квартиры или машины. Существуют, правда, договоры с длительным сроком исполнения, например, в отношении лечения в санатории, сам смысл которых не допускает возможности исполнения до срока.
И все же для названных договоров, как общее правило, установлена презумпция возможности досрочного исполнения. В предпринимательских обязательствах дело обстоит иначе и объясняется это тем, что бизнес обычно строится по определенным графикам и потому для него характерно более строгое отношение к срокам в сравнении с бытовыми обязательствами. Например, досрочный завоз лифтов на стройплощадку, где возводится жилой дом, не имеет смысла до тех пор, пока для этого не созданы необходимые технические предпосылки.
В предпринимательстве поэтому действует презумпция запрета досрочного исполнения, за исключением случаев, когда возможность исполнить договор до срока определена в нормативном порядке или предусмотрена обязательством либо вытекает из его существа, равно как из обычаев делового оборота (ст. 315 ГК РФ). Что касается законов или иных нормативных актов, то нам не удалось обнаружить в них какие-либо нормы, которые разрешали бы должнику досрочное исполнение без согласия кредитора. На практике положение об исполнении до срока иногда встречается в договорах аренды, где указывается точная дата передачи арендодателем имущества арендатору, однако предусматривается право первого исполнить свою обязанность до срока. Причина появления в арендном договоре подобного условия может состоять, например, в том, что имущество должно выйти из ремонта к дате его передачи, но если это произойдет раньше, то оно и поступит к арендатору до срока. В данном случае досрочное исполнение предлагается кредитору без его согласия, но последнее не требуется лишь потому, что оно уже выражено им при заключении договора.
Как правило, не противоречит обычаям делового оборота и существу предпринимательских договоров досрочная оплата покупателем товаров, а заказчиком — работ и услуг.
Согласно диспозитивным правилам, закрепленным в ст. 396 ГК РФ, уплата штрафных санкций и возмещение убытков в случае ненадлежащего исполнения обязательства не освобождают должника от исполнения в натуре. На том же фоне неисполнение договора освобождает его от дальнейших действий. Так, поставщик, который исполнил договор ненадлежаще, не освобождается от исполнения в натуре (т.е. реального исполнения), несмотря на уплату им неустойки и возмещение убытков. Напротив, неисполнение договора поставщиком, понесшим такую же ответственность, освобождает его от исполнения.
Под исполнением в натуре, которое именуют также реальным исполнением, понимают совершение должником тех основных действий, которых требует от него договор, т.е. передачу имущества, выполнение работ и т.п. Если обязательство исполнено им ненадлежаще, с просрочкой, нарушением требований по качеству и прочее, то применение к нему мер ответственности не упраздняет обязанность должника выполнить договор. Но когда оно вообще не исполнено, дело должно ограничиться указанными мерами, если законом или договором не предусмотрено иное.
Логика закона в данном случае основана на представлении о том, что лицо, исполнившее договор, хотя и ненадлежаще, может ликвидировать дефекты исполнения, в то время как способность к погашению обязательства субъектом, который вообще его не исполнил, сомнительна. Кроме того, с точки зрения кредитора целесообразнее вступить в договор с другим должником, чем тратить время на попытки получить искомое от прежнего. Поэтому арбитражные суды по спорам о реальном исполнении требуют доказательств наличия у ответчика продукции, передачи которой хотел бы истец. Вынесение судом решения об исполнении в натуре, когда у поставщика отсутствует товар, привело бы лишь к тому, что судебный пристав-исполнитель должен был бы оформить постановление о возвращении исполнительного документа в суд за невозможностью исполнения.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Do NOT follow this link or you will be banned from the site!